День 22 июня 1941 года навсегда вошёл в историю нашей страны как первый день героической летописи Великой Отечественной войны. Объявление о начале войны не только было воспринято советскими композиторами как трагический рубеж — конец мирной жизни, но и мобилизовало их творческую энергию. С первых же часов после объявления по радио о начале войны, поэты-песенники и композиторы срочно стали менять свои творческие планы, и вскоре появились не только «военные» песни, призывавшие разгромить и уничтожить врага, но и патриотические сочинения самых разных жанров — оперы, балеты, симфонии. В фондах Музея музыки хранятся воспоминания ведущих советских композиторов о том, как они встретили первые дни войны. Обратимся к некоторым из них.
Дмитрий Дмитриевич Шостакович в 1941 году был композитором, концертирующим пианистом и преподавателем Ленинградской консерватории. Он трижды просился на фронт и даже писал Сталину, но получил отказ и был направлен в противопожарную команду. Днём он работал, а ночами тушил дома. Фотографию Шостаковича в пожарной каске даже разместил американский журнал «Тайм». «Первый день войны, — вспоминал впоследствии композитор, — застал меня на посту председателя государственной экзаменационной комиссии Ленинградской консерватории по фортепианному отделу. Характерно, что никто не предложил прекратить экзамены или свернуть работу. Все оставались на постах, экзамены протекали совершенно нормально. Учащиеся исполняли всю программу, не обращая внимания на суровую обстановку. Если во время исполнения какого-либо номера раздавался вой сирены, все спокойно спускались в бомбоубежище с тем, чтобы по сигналу «отбой» экзамен продолжался по-академически строго и серьёзно. Подтянутость преподавателей и студентов, их собранность производили на меня отрадное впечатление. Я понимал, что интересы жизни для этих простых русских людей важнее стократ, чем угрозы смерти. И они победили смерть.
В самые острые дни, когда бомбардировки были особенно часты и интенсивны, когда бесчеловечность фашистских бесчинств стала ясна всему миру, я, чтобы не терять времени на длительные путешествия пешком с Петроградской стороны в консерваторию, переселился в здание консерватории. Здесь пригодились мне приобретённые с первых дней войны познания по противопожарной обороне объекта.
Я имел в здании консерватории свой, вверенный мне пост № 5, куда отправлялся по сигналу «тревога» в надлежащей форме пожарного, готовый к выполнению своего общегражданского долга. Так поступали все педагоги и студенты консерватории, и это внушало уверенность, что в нужный момент удастся отстоять славное здание рассадника русской музыкальной культуры, связанное столь дорогими нитями с великими именами русской музыки».
В конце декабря 1941 года Шостакович закончил свою легендарную Седьмую симфонию. Первая часть симфонии для всего мира стала музыкальным воплощением мужества и героизма советского народа и его непреклонной воли к победе. Менее известны вокальные сочинения Шостаковича, написанные в годы войны на патриотическую тему — «Клятва наркому» для баса, хора и фортепиано на слова В. Саянова (1941), «Патриотическая песня» на слова Е. Долматовского (1943), «Песнь о Красной Армии» на слова М. Голодного (1943) и «Песня о фонарике» на слова М. Светлова (1942).
«Лето 1941 года мы с женой проводили на даче в Кратове под Москвой — так начал своё выступление по радио в 1944 году Сергей Сергеевич Прокофьев. — Там я писал балет «Золушка». 22 июня тёплым солнечным утром я сидел за письменным столом. Вдруг появилась жена сторожа и с взволнованным видом спросила меня, правда ли, что «немец на нас напал, говорят, что бомбят города». Известие это ошеломило нас. Мы пошли к жившему неподалеку Сергею Эйзенштейну. Да, это оказалось правдой. 22-го июня 1941 года немецкие фашисты напали на Советский Союз. Советский народ встал на защиту родной земли. Как все работники нашего искусства, советские композиторы стремились немедленно внести свой вклад в борьбу. Первым откликом композиторов были песни и марши героического характера, музыка, которая могла сейчас же зазвучать на фронте. Я написал две песни и марш. В эти дни меня захватила мысль об опере на сюжет романа Льва Толстого, ставшего нам сейчас таким близким и дорогим. Вглядываясь в огромный материал, сознавая всю трудность задачи, я стремился к тому, чтобы в опере, которую я решил написать, нашли отражения центральные события и образы произведений Толстого».
После успеха первого балета Арама Ильича Хачатуряна «Счастье» на декаде армянского искусства в 1939 году в Москве, дирекция Ленинградского театра оперы и балета имени С.М. Кирова заказала композитору новый балет. Написанное Константином Державиным в 1940 году либретто было основано на некоторых сюжетных ходах балета «Счастье», что позволило Хачатуряну сохранить в новом произведении лучшее, что было в его первом балете, значительно дополнив партитуру и симфонически развив её. «Осенью 1941 года... я вернулся к работе над балетом, — вспоминал Хачатурян. — Сегодня может показаться странным, что в те дни суровых испытаний могла идти речь о балетном спектакле. Война и балет? Понятия действительно несовместимые. Но, как показала жизнь, в моём замысле отобразить... тему великого всенародного подъёма, единения людей перед лицом грозного нашествия не было ничего странного. Балет был задуман как патриотический спектакль, утверждающий тему любви и верности Родине».
В 1943 году композитор получил за этот балет Сталинскую премию I степени, которую он внёс в фонд Вооруженных Сил СССР. Премьера балета состоялась 9 декабря 1942 года на сцене Пермского театра оперы и балета.
После начала Великой Отечественной войны Николай Яковлевич Мясковский был эвакуирован в Нальчик, где написал две симфонии (22-ю и 23-ю на темы кабардино-балкарских песен) и Струнный квартет № 7. Симфония № 22 была закончена 4 ноября 1941 года и стала одним из первых откликов советских композиторов на фашистское нашествие, написанных в академическом жанре. Знаменитая Седьмая симфония Шостаковича была окончена двумя месяцами позже. Симфония № 22 — это выражение скорби русского интеллигента, переживающего трагедию войны и верящего в победу. Автор назвал её симфонией-балладой, поскольку в ней элементы эпической повествовательности сочетаются с лирическими и драматическими образами.
Симфония первоначально имела подзаголовок: «Симфония-баллада о Великой Отечественной войне», но после исполнения в Москве композитор его снял. «Там нет никакого сюжета, — писал Мясковский, — а разве на фоне спокойной повести первой части не слышна угроза, разве вторая часть не кошмар завоевательных и тому подобных ужасов, а в финале не слышно борьбы за освобождение и гимна победы, но без бряцания оружием; неужели недостаёт всей мишуры, словесных и звуковых выкрутасов, чтобы психологическое отношение художника к войне стало ясным. Я предпочитаю снять тему, нежели говорить пошлости».
Премьера 22-й симфонии состоялась 12 января 1942 года в Тбилиси под управлением А.Л. Стасевича, а в Москве весной того же года её впервые исполнил оркестр Всесоюзного радиокомитета под управлением Н.С. Голованова.
Наталья Тартаковская, главный эксперт по фондам, Российский национальный музей музыки
#ВоспитаниеКультурой
© 2026 Все права защищены. Копирование материалов разрешено только с согласия администрации сайта.
Генеральный директор, заслуженный деятель искусств РФ, член Совета при Президенте Российской Федерации по культуре, член Общественной палаты РФ, лауреат Премии Правительства Российской Федерации в области культуры, президент Ассоциации музыкальных музеев и коллекционеров, президент Ассоциации духовых оркестров и исполнителей на духовых и ударных инструментах «Духовое общество имени Валерия Халилова», член Комиссии Российской Федерации по делам ЮНЕСКО, член Президиума Союза музеев России, член Комиссии Общественного совета при Россотрудничестве по вопросам культурного сотрудничества, доцент кафедры государственного управления в сфере культуры и спорта Высшей школы культурной политики и управления в гуманитарной сфере (факультета) МГУ имени М.В. Ломоносова, кандидат экономических наук.
Спасибо за обращение, сообщение отправлено!
Мы ответим Вам в ближайшее время.
