Вершина музыкальной Москвы. К 165-летию Сергея Ивановича Танеева

 

«Вершина музыкальной Москвы» — так отозвался о Сергее Ивановиче Танееве его ученик Сергей Васильевич Рахманинов. Композитор, музыкальный учёный, пианист, педагог, просветитель — для музыкантов своего времени Танеев, по словам Рахманинова, был «высшим судьёй, обладавшим мудростью, справедливостью, доступностью, простотой», «все запасались от него какой-то бодростью, свежестью, и всем, сказал бы я, жилось и работалось после посещения “Танеевского домика” легче и лучше».

С. И. Танеев

Фотопортрет

Москва, 1915

 

Домик С. И. Танеева в Малом Власьевском переулке

Фотография с картины

Москва, 1914–1915

 

Выдающиеся достоинства Танеева отмечали не только его ученики, но и учитель будущего музыканта Пётр Ильич Чайковский: «Человек безупречной нравственной чистоты и превосходный музыкант» — так он охарактеризовал Танеева в одном из писем к Надежде Филаретовне фон Мекк. Своему ученику, а впоследствии другу и коллеге Чайковский посвятил симфоническую фантазию «Франческа да Римини».

 

П. И. Чайковский

«Франческа да Римини». Фантазия для оркестра

Посвящена С. И. Танееву

Автограф партитуры

Москва, октябрь–ноябрь 1876

 

В мае 1875 года Танеев окончил Московскую консерваторию по двум специальностям, как пианист и композитор, и был удостоен диплома с медалью. Кроме Чайковского, под руководством которого Танеев занимался композицией, в числе учителей музыканта был и пианист Николай Григорьевич Рубинштейн, в классе которого музыкант совершенствовался в игре на фортепиано. Имя Танеева открывает список выдающихся выпускников, выгравированный на мраморных почётных досках, установленных в фойе Малого зала Московской консерватории. С 1885 по 1889 год Танеев занимал пост директора Консерватории.

Поражает разносторонность дарования Танеева и объём его вклада в отечественную музыкальную культуру как композитора таких произведений, как опера «Орестея», нескольких симфоний и других сочинений для оркестра, камерно-инструментальных опусов, фортепианных и вокальных миниатюр, духовных и светских хоров. Признанными вершинами его творчества являются две кантаты — «Иоанн Дамаскин» и «По прочтении псалма», созданные, соответственно, в начале и конце творческого пути.

 

С. И. Танеев

«Иоанн Дамаскин». Кантата для хора и оркестра

Автограф партитуры

Москва, 1884

 

С. И. Танеев

«По прочтении псалма». Кантата для солистов, хора и оркестра

Автограф переложения для пения с фортепиано

Москва, 1914

 

Начало музыкальной карьеры, а также значительная часть творческого пути Танеева были связаны с публичными выступлениями как пианиста и дирижёра. Современники отмечают чрезвычайный высокий уровень его пианистического мастерства. Именно Танеев 21 ноября 1875 года впервые сыграл в Москве Первый концерт Чайковского для фортепиано с оркестром и удостоился хвалебного отзыва автора сочинения. До наших дней сохранился фрагмент записи Фантазии В.-А. Моцарта до минор для клавира (KV 396), сделанной Танеевым в Москве в 1891 году на фонограф.

Стремление Танеева «поверить алгеброй гармонию» побудило его к поиску неких разумных объективных оснований прекрасного в музыке. Многие годы Танеев изучал сочинения европейских композиторов эпохи Возрождения, пытаясь постигнуть «секреты» техники создания этих совершенных произведений. Наблюдения, полученные в результате столь обширного и глубокого исследования, стали материалом для научных трудов Танеева, в которых он стремился «совлечь покровы таинственности с техники старых мастеров» и открыть путь к их освоению современными композиторами. При жизни Танеева увидела свет его фундаментальная книга «Подвижной контрапункт строгого письма» (1909), которая, по общему признанию, стала первым подлинно научным трудом в русской музыкальной культуре. Эпиграфом к ней стали слова Леонардо да Винчи, имеющие программное значение: «Никакое человеческое знание не может претендовать на звание истинной науки, если не прошло через математические формулы выражения».

 

С. И. Танеев

«Подвижной контрапункт строгого письма»

Первое издание

Лейпциг: М. П. Беляев, 1909

 

Преподавательская деятельность — подлинное призвание Танеева, которому он посвятил бóльшую часть жизни. Количество его учеников по музыкально-теоретическим предметам исчисляется сотнями. Большинство из них прошло его класс в Московской консерватории. Некоторые занимались у Танеева частным образом, однако денег за эти уроки музыкант принципиально не брал. Качество обучения у Танеева было непревзойдённым, и его ученики становились, прежде всего, музыкантами-профессионалами самой высокой пробы. Наиболее выдающимися из них стали Александр Скрябин и Сергей Рахманинов. Об учёбе у Танеева Рахманинов писал: «Образец во всем, в каждом деянии своём, ибо что бы он ни делал, он делал только хорошо. Своим личным примером он учил нас, как жить, как мыслить, как работать, даже как говорить <…>. На устах у него были только нужные слова. Лишних, сорных слов этот человек никогда не произносил…

И смотрели мы все на него как-то снизу вверх!.. Его советами, указаниями дорожили все. Дорожили потому, что верили. Верили же потому, что, верный себе, он и советы давал только хорошие. Представлялся он мне всегда той “правдой на земле”, которую когда-то отвергал пушкинский Сальери…»

Сегодня музыкальные сочинения Танеева звучат несправедливо редко, они не на слуху у широкой аудитории. И сама фигура выдающегося музыканта, к сожалению, не так хорошо известна за пределами собственно профессионального музыкального сообщества. Знакомство с личностью и наследием Танеева вознаградит любого интересным знанием о глубоком и разностороннем человеке и сделает объёмнее и богаче восприятие отечественной музыкальной культуры рубежа XIX —XX веков.